Сенаторы вступились и за приставов, и за должников
В Совете Федерации считают необходимым кардинально пересмотреть систему исполнения судебных решений. Реформа должна затронуть ключевые аспекты деятельности Федеральной службы судебных приставов (ФССП). От автоматизации рутинных операций и перехода к реестровой модели до предложений изменить правила субсидиарной ответственности и создать механизм экономической реабилитации добросовестных должников. Исполнительное производство, по мнению участников круглого стола в СФ, должно способствовать развитию экономики, а не создавать в ней барьеры.
Круглый стол, посвященный реформе исполнительного производства, прошел в Совете Федерации. Его участники – сенаторы, представители Минюста, ФССП, адвокатского и экспертного сообщества – констатировали, что действующая государственная система перегружена делами и чрезмерно формализована. Поэтому механизмы исполнения судебных решений требуют по-настоящему кардинальных изменений.
Масштаб существующих проблем красноречиво иллюстрирует и текущая статистика. На сегодняшний день в производстве судебных приставов находится 31 млн дел, то есть на одного сотрудника приходится до 5 тыс. исполнительных производств. Как отметила советник Федеральной палаты адвокатов РФ Елена Авакян – руководитель цифровой трансформации адвокатуры, только за 2025 год в органы ФССП поступило 76,4 млн исполнительных документов, а взыскано 1,4 трлн руб. Однако при такой колоссальной нагрузке неизбежны риски формального подхода, а это напрямую снижает эффективность защиты прав граждан.
О несовершенстве существующих исполнительных механизмов рассказал «НГ» адвокат Александр Караваев: они крайне важны для судебной системы и общества в целом, но должны в равной степени защищать интересы всех граждан, включая и должников, соответствуя при этом современным требованиям. Он подчеркнул, что системные недостатки осознаются и правоприменителем, и Минюстом, и правозащитным сообществом, и конечно, самой ФССП. Эти хронические, по словам замглавы комитета СФ по конституционному законодательству Максима Кавджарадзе, проблемы сохраняются годами. Тут и нарушение сроков возбуждения производств, и бездействие приставов после получения исполнительного документа, и аресты имущества, которое не подлежит изъятию.
Как раз в ответ на подобные вызовы в ходе круглого стола прозвучал целый ряд предложений. Ключевым направлением реформы был назван переход к реестровой модели исполнения, которая предусматривает отказ от бумажного документооборота. Минюст уже представил концепцию Единого госреестра исполнительных документов, его запуск намечен с 2028 года. То есть рутинные операции – возбуждение дел, запросы в банки и базы данных, расчет задолженности, списание средств, снятие ограничений – планируется максимально автоматизировать. Однако участники обсуждения подчеркнули: цифра не должна подменять человеческое участие там, где речь идет о конституционных правах. За государством должен сохраниться контроль над чувствительными для граждан решениями: арест жилья, изъятие имущества, запрет на выезд, остановка бизнеса.
Причем автоматизация, констатировали в СФ, должна проводиться и в интересах должников. Скажем, право на сохранение прожиточного минимума сейчас требует подачи заявления, а при наличии иждивенцев – обращения в суд. Социальная защита, таким образом, зависит от осведомленности и процессуальной активности граждан, что ставит их в неравное положение. Поэтому предлагается закрепить механизм, который обеспечивал бы такие гарантии на основе данных государственных информационных систем. «Цифровые механизмы должны также исключать повторное взыскание, обращение взыскания на защищенные выплаты и сохранение ограничений после полного исполнения требований», – подчеркнула Авакян. Иными словами, это смена философии: система должна не только взыскивать и наказывать, но и защищать и предотвращать ошибки.
На круглом столе обсудили и вопрос о появлении действенного механизма раннего добровольного исполнения. Должник должен своевременно получить понятное уведомление о сумме долга, сроках, последствиях неисполнения, а также о возможностях рассрочки, способах оплаты и его социальных гарантиях. «Значение надлежащего извещения особенно возрастает в связи с тем, что с 2026 года исполнительский сбор составит 12% от взыскиваемой суммы или стоимости имущества. Ужесточение финансовых последствий способно стимулировать к погашению долга, но оправданно лишь при условии, что должнику была предоставлена реальная возможность добровольно исполнить решение по нему», – пояснила «НГ» Авакян.
Однако, по мнению председателя московской коллегии адвокатов «Арбат» Натальи Никольской, необходимо менять и ту парадигму, когда взыскание – это головная боль прежде всего взыскателя и ФССП. Она считает, что должно быть наоборот: уклонение от добровольного исполнения экономически невыгодно именно для должника. По аналогии с механизмом уплаты штрафов за нарушение ПДД: «Введение безусловного штрафа, например, в двойном размере от суммы взыскания, гарантированно повысит желание должников добровольно исполнить судебный акт. И станет важным источником финансирования службы судебных приставов и судебной системы».
Тем не менее, подчеркнула Авакян, даже самая совершенная процессуальная система окажется бессильной, если материальное право продуцирует заведомо неисполнимые долги. Ежегодно тысячи бывших руководителей и учредителей компаний становятся должниками на десятки и сотни миллионов рублей. В 2024-м суды удовлетворили более 4,5 тыс. заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности на сумму свыше 500 млрд руб. И значительная часть таких требований обращена к физлицам, которые при существующем регулировании попадают в ситуацию пресловутой «экономической смерти». «Действующий банкротный иммунитет, запрещающий освобождение от обязательств, возникших из преступных действий, создавая иллюзию справедливости, на самом деле порождает неразрешимый тупик», – констатировала Авакян. Получается, что и взыскатели не получают реальных денег, и должники уходят в теневую занятость. Отсюда риск люмпенизировать наиболее активную часть населения, превращая в пожизненных изгоев тех людей, кто допустил лишь ошибки в бизнесе или был привлечен к ответственности за неосторожные деяния. В связи с этим предлагается внести еще и изменения в законодательство о банкротстве, хотя речь идет «не об амнистии злостным нарушителям, а о возврате людей в легальную экономику», подчеркнула Авакян.
Председатель Заксобрания Ростовской области Александр Ищенко обратил внимание на еще одну системную брешь – в электронном взаимодействии судов и ФССП. Оно ограничено лишь направлением исполнительных документов, а запросы и извещения, как и обмен информацией, по-прежнему осуществляются на бумаге. Отдельно Ищенко затронул острую уже для регионов тему – исполнение судебных решений органами местного самоуправления. Муниципалитеты зачастую не могут выполнить предписания просто из-за нехватки средств. Он предложил предусмотреть обязательное привлечение к таким делам представителей региональных властей и даже властей федеральных.