Иноагентам обещают заочные судебные процессы
На 28 января запланировано заседание комиссии Госдумы по расследованию фактов иностранного вмешательства во внутренние дела РФ, уже анонсирован и ряд законопроектов. Например, иноагентов станут штрафовать в том числе за любое искажение обязательной маркировки. А политэмигрантов и релокантов за антигосударственную активность разрешат наказывать заочно. Также на Охотном Ряду появилась инициатива о борьбе с финансированием диверсий по аналогии с терроризмом. Тем, кто будет заподозрен в этом отдельном преступлении, сразу заблокируют все счета и выплаты.
Один из проектов, который упоминал глава комиссии – председатель комитета ГД по безопасности Василий Пискарев, 27 января получил предварительную поддержку в правительстве РФ.
Речь как раз идет о возможности заочных судебных разбирательств с иноагентами и по их поводу.
Депутаты предусматривают этот формат и для административных расследований, и для привлечения правонарушителей к ответственности. Правительственная комиссия по законопроектной деятельности, впрочем, напомнила, что в Госдуме уже есть аналогичная инициатива от парламента Татарстана. А там говорится именно о проступках «против интересов РФ», совершенных вне ее пределов, за которые можно будет наказывать как иностранцев, так и собственных граждан, уехавших из страны. Соответствующие поправки к Кодексу об административных правонарушениях (КоАП) исполнительная власть уже благословила положительным отзывом, а потому теперь и призвала представительный орган к более скоординированной работе.
Татарстанские предложения к КоАП на самом деле выглядят как вполне фундаментальный документ, в котором учтены все процессуальные подробности и особенности расследования административных правонарушений. Вплоть, например, до поиска и изъятия орудий и предметов их совершения и механизмов финансовых взысканий. Кстати, эти поправки, судя по всему, представляют собой следствие закона о специальных счетах иноагентов, принятого Госдумой в конце прошлого года. Как известно, иноагентам полностью ограничили свободу финансовых операций в России, обязав перевести собственные деньги на эти спецсчета, а любые выплаты разрешив делать только на них. Это, к примеру, авторские отчисления или средства от продажи какого-либо имущества на территории РФ. При этом иноагентам, пока они в этом статусе, данные спецсчета недоступны, зато самому себе государство разрешило списывать с них различные платежи. В том числе, конечно, и суммы, предназначенные для уплаты штрафов.
В поправках к КоАП, составленных комиссией ГД, разговор идет, судя по всему, еще и о принципиальном увеличении размеров штрафов за нарушение законодательства об иноагентах. Заметим, что закон «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием» с некоторых пор направлен не только на самих иноагентов, но и на неопределенный круг лиц, которые должны были соблюдать данный закон либо вынуждены были это делать, однако не приложили к тому надлежащих усилий. То есть при некотором допущении можно, видимо, предположить, что ответственность понесет и, скажем, недостаточно бдительный гражданин, который сослался в соцсетях на некую информацию, но не посмотрел, что та исходит от иноагента, и не указал этой особенности.
Кстати, за ненадлежащую маркировку иноагентами самих себя, судя по еще одной инициативе, которую анонсировал тот же Пискарев, будут наказывать не менее строго, чем за ее отсутствие. Имеются в виду случаи, когда иноагент, уехавший из РФ, саркастически искажает обязательную формулировку, прибавляет слова о ее якобы «незаконности», а то и вовсе рекламирует свои или дружественные медиаресурсы. То есть, по словам Пискарева, превращает маркировку в «фактический инструмент нагнетания общественно-политической обстановки». Кроме того, для иноагентов установят полный запрет на образовательную и просветительскую деятельность, причем, похоже, и в онлайне, отстранят их полностью и от каких-либо форм господдержки. «Для лиц и организаций, которые пытаются «просвещать» и «образовывать» нашу молодежь в интересах противника, сеять национальную рознь, искажать историю, призывать к расчленению России, не должно остаться никаких шансов реализовать их планы», – заявил Пискарев.
Таким образом, после небольшой паузы власть возвращается к масштабной борьбе с иноагентами. Судя по всему, дело идет к тому, чтобы окончательно законопатить какие-то лазейки в правовой конструкции, созданной против любых ее внешних и внутренних противников. И показательно, что все последние пятничные пополнения Минюстом реестра иноагентов направлены на, условно говоря, бойцов медийного фронта с противоположной стороны. В связи с этим возникает вопрос: что будет дальше? То есть уже после того, как всех, кого нужно и можно, пропишут в данном реестре. Поскольку в основном это будут политэмигранты – и не всех из них получится «подприжать» через те же спецсчета. А значит, какая им будет разница, что прежняя Родина их в очередной раз оштрафовала или даже возбудила уголовное дело.
Если вся такая борьба – это не инерция правоохранительной машины или не демонстрация активности, то скоро власти окажутся на развилке перед дальнейшими решениями. Или блокировать весь интернет, чтобы уже никто в РФ не смог припадать к враждебным информационным источникам, или переходить ко второй фазе преследования иноагентов. А именно, к наказаниям их сторонников, последователей и просто читателей, слушателей, зрителей. В принципе опыт последнего пути у госорганов уже имеется. Как раз по нему и пошла борьба с пресловутыми «экстремистами», то есть представителями несистемных оппозиционных сил. Появились прецеденты судебных процессов и приговоров не только, например, из-за использования запрещенной символики, репостов каких-то сообщений и пр., но и из-за давнишних мелких донатов, скажем, тем же навальнистам.
Между тем в Госдуму от имени группы сенаторов и депутатов уже поступило предложение направить по этому же пути и противодействие диверсионной деятельности против жизненно важных объектов страны. Не так давно уголовные сроки за диверсии были значительно ужесточены, но теперь речь идет не о конкретных подрывных актах, а о так называемом финансировании диверсий. Точного определения, что это такое, по традиции нет. И, как это уже сейчас происходит с финансированием терроризма и экстремизма, тут дело в усмотрении силовиков. В том числе и тех, что отвечают за финансовый контроль. Вот в законопроекте так и написано: мол, если у соответствующего органа есть «основания полагать», то подозреваемому лицу моментально блокируют любые денежные средства и инструменты. При этом на Охотном Ряду сразу появился и второй законопроект по диверсантам. Все тот же Пискарев во главе группы депутатов настаивает на том, чтобы была введена ответственность еще и за недонесение до властей имеющийся любой информации о диверсионных актах – потенциальных или уже готовящихся. Как представляется, не надо напоминать, что именно такие расплывчатые нормы часто применяются в делах, скажем так, больше политических, чем по-настоящему террористических или экстремистских.
Генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин пояснил «НГ»: «Судя по логике действий верховной власти, масштабных репрессий против иноагентов не предвидится. Работа ведется точечно, ограничения касаются конкретных лиц и организаций. А так как их деятельность лежит в разной плоскости, то законы будут уточняться и дорабатываться. И это не инерция, а системная работа Минюста и депутатского корпуса». По его мнению, новые ужесточения касаемо иноагентов возможны, однако их последователей, читателей и репостеров это вряд ли коснется, максимум – «с самыми ретивыми проведут профилактические беседы». «Если человек просто делает репосты, то это одно, а вот если он ведет при этом антироссийскую деятельность – то это другое», – напомнил Мухин. И он напомнил, что основная цель ужесточений – это не посадить всех и вся, а переломить информационные тренды, идущие с Запада, «генерируемые Госдепом и транслируемые определенными НКО и людьми». То есть речь, по его словам, идет о придании законодательству «назидательно-терапевтического эффекта». При этом к полностью контролируемому интернету государство все же не идет: «Как показывает любая попытка контролировать интернет, сделать это невозможно».
Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин считает, что многое во внутренней политике будет зависеть от политики внешней, то есть от того, что будет дальше в отношениях России и Запада. «Если они будут ужесточаться или оставаться на этом же уровне, то и внутри страны будет ужесточение. Если вдруг случится смягчение, то и внутри страны ослабят гайки», – сказал он «НГ». Нынешние времена уже сильно напоминают времена СССР, когда государство решало, как воспринимать диссидентов: как обеспокоенных граждан, с которыми нужно проводить воспитательную работу, или как агентов Запада в условиях идущей холодной войны. «И в итоге власти склонились ко второй трактовке», – напомнил Макаркин. «Иноагенты как раз вписываются в эту схему глобального противостояния как агенты влияния Запада, борьба с ними рассматривается не как что-то отдельное, а как часть общего антизападного курса России. Он включает в себя и политический, и экономический, и культурный аспекты, то есть идейный. С идейным аспектом, конечно, сейчас сложнее, потому что новый президент США придерживается других взглядов, а не тех, что критикуют в России, он тоже традиционалист», – заметил эксперт.
По его мнению, если будет сохраняться инерция жестких внешнеполитических отношений, то законодательство будет совершенствоваться в сторону ужесточения, эта практика будет носить постоянный характер, ведь здесь пределов нет. Если же последует смягчение на внешнеполитическом треке, то и внутри страны оно проявится. Так что Макаркин уверен: на «вторую стадию» борьба с иноагентами не перейдет. Отношение к «экстремистам» и «иноагентам» у государства разное изначально: например, последний может размещать любую информацию с «плашкой», а вот экстремист – уже нет. «То есть иноагенты все же не признаны диверсантами – и здесь пролегает грань. Потому и к последователям этих двух категорий противников власти у нее разное отношение. Читателей и распространителей информации иноагентов максимум самих могут признать иноагентами», – подчеркнул Макаркин.