В мире изучают "российский парадокс"
Знаковой темой Апрельской конференции Высшей школы экономики (ВШЭ) стало обсуждение слабого влияния человеческого капитала на экономический рост в стране. Высшее образование пока играет в российском обществе роль социального лифта, но этот лифт уже сбавляет скорость. Докладчики сослались на институциональную среду: в идеале она должна усиливать экономическую отдачу от знаний и навыков, но на практике происходят сбои. Тема приобрела вдруг международное звучание. Американские эксперты тоже изучают этот «российский парадокс», причем с максимальной предвзятостью.
Российское общество прошло не одну трансформацию, а проблема накопления человеческого капитала, если понимать под ним знания, навыки, опыт и здоровье населения, все так же актуальна, как и несколько десятилетий назад.
На завершившейся на прошлой неделе Апрельской (Ясинской) международной конференции ВШЭ человеческому капиталу было уделено особое внимание. Прежде всего в той его части, которая касается, с одной стороны, доступности качественного образования для семей, а с другой – социально-экономической отдачи от полученного образования.
«Развитие образования, несомненно, оказывает сильное воздействие на рост человеческого капитала и экономический рост. Эта связь достаточно хорошо изучена в экономической литературе», – сообщила директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС Татьяна Клячко в докладе под названием «Ресурсообеспеченность семей, доступность высшего образования и накопление человеческого капитала в России».
Имеются в виду все уровни образования, но прицельно эксперты обсуждают именно высшее образование. «Увеличение численности высококвалифицированной рабочей силы оказывает положительное воздействие на производительность экономики в целом, способствует повышению ее привлекательности для инвесторов», – пояснила Клячко. Также от этого зависит внедрение инноваций.
Однако на практике возникают противоречия. В том, что касается получения населением образования, критически значимыми становятся ресурсная обеспеченность семей, а также заложенные не одним поколением социальные установки. «Чем выше социально-культурный капитал семей, тем быстрее идет накопление человеческого капитала, в том числе в силу готовности семей тратить больше средств на образование детей», – пояснила Клячко, уточнив, что у развитых экономик социально-культурный капитал семей, как правило, значительно превосходит показатели развивающихся стран.
Это не единственное противоречие. Инвестиции в образование (затраты времени, сил и денег) хоть и должны, но вовсе не обязательно окупаются на практике. По крайней мере если говорить именно о материальной, а не духовной или интеллектуальной отдаче – о том, что можно «пощупать»: о возможностях семьи выйти в обозримой перспективе на более высокий уровень жизни, предполагающий доступность более качественных питания, отдыха, лечения и способность своевременно совершать дорогостоящие покупки.
Главный вывод, к которому приходит Клячко: «Высшее образование, несмотря на все ограничения, продолжает обеспечивать в российском обществе социальное «перемешивание» и играть роль социального лифта, хотя этот лифт и стал двигаться заметно медленнее, чем было в начале 2000-х годов».
Другие докладчики на конференции ВШЭ попытались определить причины дисбалансов. Стоит отметить, что некоторые причины и так лежат на поверхности. Допустим, может вызывать нарекания само качество полученного образования, часто оказывается под вопросом его соответствие реалиям рынка труда и потребностям экономики. «Корочка», полученная ради «корочки», может открывать двери в некоторые компании на определенные должности, но она не гарантирует реального повышения эффективности бизнес-процессов в таких компаниях.
Кроме того, в последние несколько лет в условиях грянувшего кадрового дефицита происходит мощный крен в сторону среднего профессионального образования, и, как представляется, теперь именно выпускники сузов, хорошо зарекомендовавшие себя на предприятиях, как раз и смогут претендовать на стабильные и относительно высокие заработки.
Но поверх этих причин эксперты выделяют еще одну. Даже высокий уровень образования многочисленных групп населения может очень незначительно влиять на экономический рост еще и по причине слабой институциональной среды. Это следовало из доклада ведущего эксперта «Центра развития» ВШЭ Дарьи Авдеевой и замдекана по научной работе факультета экономических наук ВШЭ Дмитрия Веселова под названием «Образование и экономический рост: роль институтов».
Под институциональной средой, как правило, понимается свод правил, будь то формальных или нет, совокупность политических, экономических, социальных и юридических норм и процедур, которые могут либо стимулировать экономическую активность, будучи прозрачными и эффективно действующими, либо, наоборот, тормозить как раз из-за непрозрачности и непредсказуемости. Чем хуже развита эта среда, чем чаще применяются двойные стандарты, внедряются необоснованные ограничения или, допустим, поборы, тем хуже отдача от инвестиций и тем меньше самих инвестиций.
Проанализировав данные для 134 стран за период 1970–2015 годов, эксперты подтвердили, что в большинстве стран экономические институты и человеческий капитал довольно тесно взаимосвязаны. Однако в ряде стран наблюдались серьезные дисбалансы. «Большая их часть принимает форму низкого качества экономических институтов при сравнительно более высоком уровне образования», – пояснили исследователи. Такое положение дел они зафиксировали в странах, входивших ранее в СССР, в ряде экономик Латинской Америки и некоторых других государствах. «Противоположная ситуация – когда институциональное развитие опережает уровень образования – встречается существенно реже и была характерна в первую очередь для Гонконга и Сингапура до 2000-х годов», – добавили авторы.
Главный вывод сводится к тому, что «темпы экономического роста в странах с высокими уровнями образования и слабой институциональной средой будут ниже, чем в странах с сопоставимо высокими уровнями образования, но без выраженных институциональных ограничений».
Примечательно, но проблематика российского человеческого капитала сейчас очень интересует не только отечественных исследователей, но и западных. На это обратили внимание авторы портала и Telegram-канала «Эконс», который ведут сотрудники Центробанка РФ с целью популяризировать исследования по важным для финансовых властей темам (сайт и канал не отражают позицию ЦБ).
Речь идет об исследовании Американского института предпринимательства – о так называемом российском парадоксе. «В России очень высокий уровень образования – характерный для самых богатых стран – сосуществует с крайне низкими показателями здоровья и низким уровнем производства знаний. Ниже, чем даже у многих бедных стран», – следует из исследования.
Фактор здоровья упомянут здесь тоже не случайно. Одним из индикаторов развитости человеческого капитала, признаком того, что у населения достаточно возможностей для повышения качества своей жизни, во многом становится состояние его здоровья: наличие или отсутствие хронических заболеваний, продолжительность жизни, причем именно здоровой и полноценной.
Причину этого разрыва связи между уровнем образования и качеством человеческого капитала американские эксперты видят в «недостаточном экономическом потенциале страны». Правда, несмотря на то что многие наблюдения у отечественных и американских исследователей схожи, ведь часто они основываются на примерно одних и тех же данных, американские интерпретаторы оказались в своих выводах и рекомендациях по поводу отношений с Россией крайне предвзятыми.